А Б В Г Д Е З И К Л М Н О П С Т Ф Х Ц Э Ю Я 
АЛКИНОЙ
    АЛКИНОЙ Ἀλκίνους) (2-Я ПОЛ. 2 в. н. э.?), автор написанного по-гречески сочинения, известного как «Учебник» или «Сводка платоновской философии» (варианты названия: Ἀλκινόου Διδασκαλικὸς τῶν Πλάτωνος δογμάτων — Parisinus gr. 1962, Pinax, f. 146V и начало текста, f. 147r; Ἀλκινόου Ἐπίτομὴ τῶν Πλάτωνος δογμάτων — там же, в конце текста, f. 175Г). Вероятно, философ-платоник (ср. Phot. Cod. 48, p. 11Ы9 Bekker), что предполагается темой и общим подходом сочинения и объясняет антистоический характер ряда пассажей; но, может быть, и стоик (ср. некоего Алкиноя Стоика, упоминаемого Филостратом: V. Soph. 1, 528. 21), что давало бы дополнительное объяснение стоическим элементам при изложении платонизма.
    Биографических сведений об А. нет, датировка условна: XII глава «Учебника» А. начинается фрагментом, который Евсевий (Eus. Pr. Εν. XI 23, 3-6; ср. Stob. I 12, 2а, р. 330 Wachsm.) приводит с указанием: «из "О мнениях Платона" Дидима»; на основе отождествления автора данной сводки и придворного философа имп. Августа Ария Дидима предполагалось, что эпоха Августа - terminus post quem для нашего «Учебника»; однако в работе Göransson 1995 традиционное отождествление доксографа Ария Дидима с придворным философом имп. Августа и тем самым датировка его фрагментов поставлена под сомнение; J. Whittaker усматривает параллели с Филоном Александрийским', в то же время автор текста очевидно не знает Плотина. По своему характеру текст, скорее всего, написан после Плутарха Херонейского и относится ко 2-й пол. 2 в. н. э., т. е. примерно к тому времени, когда была написана сводка Апулея «Платон и его учение», читал свои популярные лекции платоник Максим Тирский и уже был развит и достаточно широко известен школьный аристотелизм.
    После работы Freudenthal J.Der Platoniker Albinos und der falsche Alkinoos (В., 1879), где Ἀλκινόου объявлялось ошибкой переписчика в написании имени Ἀλβίνου, никому не известный А. в течение почти века отождествлялся с Альбином и причислялся к т. н. «школе Гая» (ср. Sinko T. De Apulei et Albini doctrinae Platonicae adumbratione. Krakow, 1905). Но после работ Giusta 1960-1961, Whittaker 1974 и др. вплоть до издания греческого текста «Учебника» в 1990 в Collection Budé, это отождествление было отвергнуто как по соображениям палеографическим, так и на основе сопоставления позиции Альбина с позицией «Учебника».
    «Учебник» представляет собой искусную мозаику из платоновских и аристотелевских текстов. Как и Альбин во «Введении», А. начинает изложение с описания качеств, необходимых философу, к числу которых, в согласии с Платоном, относит прежде всего сочетание природной одаренности и хорошего воспитания (I, 152. 8-9 Hermann, пагинацию которого воспроизводит в своем издании J. Whittaker): от природы философу должны быть свойственны справедливость, любовь к истине, достоинство и отсутствие мелочности, скромность, а также хорошая восприимчивость и память; воспитание должно развить эти задатки в добродетели и приобщить к созерцательной жизни. А. подчеркивает, что к практической жизни философ обращается поневоле: ровно постольку, поскольку замечает в ней неблагополучия, которые он своим вмешательством может исправить (III, 153. 23-24).
    «Учебник» представляет традицию эклектического платонизма, признающего аристотелевскую логику и ряд стоических положений, что проявляется уже в порядке изложения: А. делит философию (III, 153. 25 sq.) на теоретическую, куда включается теология, физика и математика (153. 43-154.5), практическую, включающую этику, экономику и политику (153. 38-42) и диалектическую, части которой - диэретика, искусство определения, индукция и силлогизм во всем его разнообразии (153. 30-38).
    А. начинает изложение диалектики с учения о критерии (IV, 154. ΙΟΙ 8), который оказывается двояким: судит в нас, во-первых, ум - источник суждения (τὸ ὑφ' οὗ, ὁ ἐν ἡμῖν νοῦς), а во-вторых, — разум - данная нам от природы способность устанавливать истину и ложь (τὸ δι' οὗ ὂργανον φυσικόν κριτικόν, ὁ λόγος φυσικός). Этот разум также двояк (154. 21—32): ОДИН связан С умопостигаемым, и ЭТО - знание (ἐπιστήμη, ἐπιστημονικὸς λόγος), другой - с чувственно воспринимаемым, это - мнение (δόξα, δοξαστικός <λόγος>). Затем (154. 32 sq.) А. переходит к мышлению и чувственному восприятию, памяти, природным понятиям (ἒννοια φυσική), сочетая аристотелевскую и послеаристотелевскую схоластику с платоновскими формулами.
    Платоновское понимание диалектики как усмотрения сущности каждой вещи (V, 156.25, ср. Plat. Phaedr. 237сЗ) сочетается с аристотелевским учением о силлогизме и его фигурах (158. 20-22, ср. Arist. An. Pr. 1,24b 18-20) и принятым стоиками (восходящим к Теофрасту, ср. fr. 29-30 Graeser) делением силлогизма на категорический, гипотетический и смешанный (158.23-27). Чтобы подкрепить законность рассмотрения послеплатоновской логики в курсе платонизма, примеры силлогизмов приводятся из Платона (из «Парменида», «Федона», «Алкивиада I»), софизмов - из «Евтидема» (158. 38-159. 42).
    Переходя от диалектики к теоретической философии, А. начинает с математики. В отличие от диалектики математические дисциплины не суть науки, имеющие дело с первыми началами, но все же они выше мнения, имеющего дело с телами: в согласии с Платоном, они принадлежат сфере рассудка (διἀνοια) и только грезят о сущем (VII, 162. 5, 15-17, ср. Plat. Resp. 533cl).
    В соответствии с «Тимеем» излагается возникновение космоса и человека, причем А. начинает с первых начал, которых признает три: материю; образец, или идеи; и отца и причину, или творца всего, или бога. В изложении начал также дает себя знать эклектический характер «Учебника»: материя -как у стоиков - оказывается бескачественной (ἄποιος, VIII, 162. 41 - традиция применения этого понятия к платоновскому учению о материи очевидна уже у Плутарха; см., напр., De an. proer. 1015all; ср. [Plut.] Plac. 882c9), при этом она - ни тело, ни бестелесное, но тело в потенции: в соответствии с Аристотелем, А. сравнивает ее с медью - «статуей в потенции» (163. 7-10).
    Идея определяется как «вечный образец естественных вещей» (IX, 163. 23-24) в соответствии с Ксенократом (фрг. 30 Heinze), a также (163. ΜΙ 7) как мысль бога, первое умопостигаемое для нас, мера материи, образец здешнего мира, а рассматриваемая сама по себе она есть сущность.
    Бог определяется как аристотелевский неподвижный первый ум, движущий все как предмет желания и являющийся причиной того, что действует ум целокупного неба (X, 164. 20-27). А. стремится ввести в поле зрения платоновское определение высшего бога и блага как солнца умопостигаемого мира (164. 24 и 39; ср. Plat. Resp. 580al 1 sq.), но платоновской четкости ему достичь не удается: его бог, будучи благом, остается умом и сущностью (164. 35: οὐσιότης), и формула «благо не сущность, но по ту сторону сущности» (Plat. Resp. 5Q9b8-9) для него еще не актуальна. И хотя бог - демиург, А. не признает возникновения мира во времени (169. 32—34).
    А. четко противопоставляет ум, целиком связанный со сферой умопостигаемого и вечного, и душу, с помощью которой бог сделал этот чувственно воспринимаемый мир живым и мыслящим (XIV, 169. 43^4; ср. Plat. Tim. 30b6-8). В соответствии с тем же «Тимеем» (42е8 sq.), меньшие боги создают человека, влагая и ему бессмертную душу, но не избавляя его от двойственности поведения, обусловленного аффектами, которым подвержена душа одушевленного тела: три ее начала - вожделеющее, аффективное (страстное) и разумное - борются между собой. В связи с рассмотрением этой борьбы А. рассматривает этику.
    В области этики А. в согласии по стоиками рассуждает о том, что одной добродетели достаточно для счастья, и о взаимообусловленности (ἀνθακολουθία) добродетелей (XXVII, 180. 40-41, XXIX, 183. 3), опирается на ряд аристотелевских представлений (напр., о дружбе - XXXIII, 187. 11-14, ср. Arist. Ε. N. 1155b 33-34), и пр. Учение о государстве излагается на основе «Государства» кратко и вполне отвлеченно: бури 1-2 вв. не вошли в поле зрения нашего философа.
    А. не принадлежал к представительным и сильным фигурам т. н. Среднего платонизма: его не читал Плотин, и позднейшие платоники на него не ссылаются; но школьная сводка платонизма А. оказалась одним из авторитетных текстов для возрожденских мыслителей и новоевропейской традиции: первый лат. пер. «Учебника» был сделан Пьетро Бальби в 1460, впоследствии посвящен кардиналу Николаю из Кузы и издавался полностью в 1469 (Рим), 1488 (Виченца), 1493 (Венеция), 1497 (Милан) и частично в 1472 (Нюрнберг). В 1464 появился лат. пер. Марсилио Фичино, имевший хождение в рукописях и неоднократно издававшийся начиная с 1497 (Флоренция). Впоследствии появились новые латинские переводы (Дени Ламбена, Даниила Гейнсия и др.) и переводы «Учебника» на современные европейские языки: Th. Stanley (1656), George Burges (1854), R. Ε. Witt (1934 - неопубликованная часть докторской диссертации); франц. -J.-J. Combes-Dounous (1800), P. Louis (1945, 1990); итал. - G. Invernizzi (1976); рус. - Ю. А. Шичалин (1995).
    Текст и осн. перев.: Alcinoos. Enseignement des doctrines de Platon. Introduction, texte et. et comm. par J. Wittaker et trad, par P. Louis. P., 1990; Alcinous. The Handbook of Platonism. Transi, with introd. and comm. by J. Dillon. Oxf., 1993; Ллкиной. Учебник платоновской философии. Пер. Ю. А. Шичалина, - Платон. Собрание соч.: В 4 т. Т. 4. М., 1994, с. 625-663.
    Лит.: GiustaM. Ἀλβίνου Ἐπιτομή е Ἀλκινόου Διδασκαλικός? - ΑΑΤ 95, 1960-1961, ρ. 167-194; WhittakerJ. Parisinus gr. 1962 and the writings of Albinus, - Phoenix 28, 1974, p. 325-330; Göransson T. Albinus, Alcinous, Arius Didymus. Göteb., 1995.
    Библ.: Deitz L. Bibliographie du platonisme impérial antérieur à Plotin: 1926-1986, -ANRWII36, 1, 1987, p. 136-137.
    Ю. А. ШИЧАЛИН



Античная философия  2018

← АЛКИДАМАНТАЛКМЕОН →

T: 0.163928468 M: 5 D: 3