КЛИМЕНТ АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ

    КЛИМЕНТ АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ (Κλήμης) (ок. 150 - после 215 н. э), видный представитель греческой патристики, сыгравший значительную роль в усвоении христианством античного философского наследия.
    Полное имя - Тит Флавий Климент (Τίτος Φλαύιος Κλήμης) - упоминает только Евсевий (Hist. Eccl. VI 13, 1), на основании отрывочных сообщений которого (IV 26, 4; VI 6; VI 11, 6; VI 13-14; Рг. Εν. II 2, 64) в основном и реконструируется его биография. К. родился между 140 и 150 н. э. (возможно, в Афинах), получил хорошее образование, а затем принял христианство. После долгих путешествий в поисках достойных учителей по Италии, Сирии и Палестине К. достиг Александрии, где стал помощником Пантена, руководителя местной катехетической школы, и, вероятно, был рукоположен в священники. Ок. 200, возможно, сменил Пантена во главе школы. Через несколько лет из-за гонений Септимия Севера на христиан К. перебрался в Каппадокию со своим учеником Александром, впоследствии (с 215) епископом Иерусалимским. Видимо, в Иерусалиме К. и умер - по одним предположениям, после 215, по другим - после 220.
    К. - вероятно, первый универсально образованный христианский мыслитель — был знатоком философии, мифологии, литературы (языческой и христианской). В историю патристики он вошел как создатель «христианской педагогики», составлявшей основу его учения. Цель К. - превратить христианскую доктрину в упорядоченную систему знания, подлежащую столь же упорядоченному усвоению. Главные сочинения К. составляют своеобразную «трилогию», объединенную общим замыслом: «Увещание к эллинам» (Προτρεπτικός πρὸς ἕλληνας) изучается на подготовительной ступени, его задача - отвратить от суеверий и приблизить к истинной вере; «Наставник» (Παιδαγωγός) в 3-х кн. - вторая ступень, служащая исцелению страстей и воспитанию души с помощью божественного Логоса; высшую ступень, ступень богопознания, раскрывают «Строматы» (Στρωματεῖς, букв, «лоскутный ковер») в 8-ми кн.- самое значительное (в т. ч. в доксографическом отношении) сочинение К. Здесь излагается сумма христианской мудрости, истинный «гносис», посредством которого познается Бог-Логос - универсальная парадигма объяснения мироздания. «Гносис» есть устойчивое интеллектуально-нравственное состояние, в котором знание о Боге сочетается с аскетической безупречностью и герменевтической искушенностью. На высшей ступени «гносиса» платонический идеал созерцания первоначала в уподоблении ему сливается с христианским идеалом любви к Богу и ближнему.
    Кроме того, сохранились три небольших сочинения К. : «Кто из богатых спасется» - проповедь на тему Марк 10:17 сл., убеждающая, что не следует стремиться к богатству ради него самого. «Извлечения из Теодота» и «Извлечения из пророков», по-видимому, представляют собой подготовительные материалы к главному сочинению К., который прекрасно знал сочинения гностиков (в частности, Валентина и его учеников - Теодота и др.) и, несомненно, почерпнул в них саму идею «гносиса» (подвергнув ее критическому переосмыслению).
    Развивая концепцию апологетов, К. стремится гармонизировать отношения веры и разума и представить христианство как «истинную философию». Вера (πίστις) - необходимая предварительная ступень, указывающая путь познания и так направляющая к «гносису»; именно в этом смысле знание невозможно без веры. Философия необходима для того, чтобы перейти от неформализованной веры к истинному знанию, т. е. высшей ступени веры. Для эллинов философия - то же самое, что Закон для иудеев: приуготовление, прокладывающее путь к Христу (Strom. 15,28). Поэтому христианин должен пользоваться (надлежащим образом) лучшими достижениями эллинской философии и культуры (основная тема первых двух книг «Стромат»).
    Подобная позиция объясняет интерес К. к эллинской философии и, соответственно, присутствие значительного количества цитат и пересказов мнений греческих философов в его сочинениях; по большей части они весьма корректны, а потому представляют значительную ценность. По всей видимости, К. хорошо знал распространенные в ту эпоху разнообразные антологии и доксографические компендиумы. Однако точно установить, какие именно источники он использовал, не представляется возможным. Основные темы цитирования: мироустроение, конечная цель, возможность познания, антропология, аскетика, отношения между школами. Цитаты и пересказы К. обычно снабжает собственными аллегорическими толкованиями (в плане аллегорезы он, вероятно, многое перенял у Филона Александрийского) в истинно «гностическом» духе, «переводящими» смысл данных текстов на «христианский язык», соблюдая при этом «диалектические» (логические) правила, усвоенные от Аристотеля и стоиков (они же используются для опровержения «еретических» аргументов).
    Из досократиков К. знакомы Орфей (В 22 DK), Ферекид (В 2 DK), Фалес (А 5 DK), Анаксимандр (А 15 DK), Пифагор (14, 8 DK), Ксенофан (А 8 DK), Гераклит (А 4; В 3; 7; 16; 18; 21; 23; 24; 27; 30; 31; 40; 118 DK и др.), Алкмеон (А 2; 12; В 5 DK), Парменид (А 33; В 3-4; 8; 10 DK), Зенон (А 8 DK), Эмпедокл (В 3-4; 111; 118-119; 124-125; 146 DK), Филолай (В 14 DK), Анаксагор (А 7; 57 DK) и др. К мнениям перечисленных авторов (особенно пифагорейцев) К., как правило, относится без резкой критики. Что касается более поздних авторов, то К. решительно отвергает гедонизм эпикурейцев и киренаиков, рисуя их взгляды традиционно упрощенным и подчас карикатурным образом (правда, порой благосклонно принимаются отдельные эпикурейские определения и суждения - Strom. II 4, 17, 3; IV 8, 2-4). Стоиков (свыше 90 фрагментов в S VF) он критикует за тотальный соматизм и пантеизм, но симпатизирует их моральному учению (концепциям нравственного долга, «бесстрастия», совершенного мудреца).
    Если говорить о собственных философских предпочтениях К., то ему, как и большинству христианских авторов, ближе всего Платон, которого он воспринимает сквозь призму среднеплатонических концепций 2 в. (особенно в этом отношении показательна V кн. «Стромат»). Есть основания сближать К. и с неопифагореизмом (Нумений).
    Тексты: Clemens Alexandrinus. Bd. I—III (GCS): Bd. I. Protrepticus, Paedagogus. Ed. O. Stählin, rev. ed. U. Treu. В., 19723; Bd. IL Stromata I-VI. Ed. O. Stählin, rev. ed. L. Früchtel. В., I9603; Bd. III. Stromata VII-VIII; Excerpta ex Theodoto; Eclogae Propheticae; Quis Dives Salvetur; Fragmente. Ed. O. Stählin, rev. ed. L. Früchtel, U. Treu. В., 19703; Les Stromates (SC): Stromate I. Éd., comm. par P. Caster, trad, par C. Mondésert. P., 1951; Strom. IL Éd., comm. par P. Th. Camelot, trad, par C. Mondésert. P., 1954; Strom. IV. Éd., comm. par A. van den Hoek, trad, par C. Mondésert. P., 2001; Strom. V. Éd., trad., comm. par P. Voulet. P., 1981; Strom. VI. Éd., trad., comm. par P. Descourtieux. P., 1999; Strom. VIL Éd., trad., comm. par A. Le Boulluec. P., 1997; Clementis Alexandrini Protrepticus. Ed. M. Marcovich. Leiden, 1995; Clementis Alexandrini Paedagogus. Ed. M. Marcovich. Leiden, 2002. Рус. пер. H. Корсунского: Климент Александрийский. Увещание к эллинам. Яросл., 1888; Педагог. Яросл., 1890; Строматы. Яросл., 1892; Климент Александрийский. Строматы. Т. 1-3. Пер. и комм. Е. В. Афонасина. СПб., 2003.
    Лит.: GabrielssonJ. Über die Quellen des Clemens Alexandrinus. Vol. 1-2. Uppsala; Lpz., 1906-1909; Casey R. P. Clement of Alexandria and the beginning of Christian Platonism, -HThR 18, 1925, p. 39-101 (= The Early Church and Greco-Roman Thought. Ed. E. Ferguson. N. Y.; L., 1993, p. 83-146); MeifortJ. Der Piatonismus bei Clemens Alexandrinus. Tub., 1928; Pohlenz M. Klemens von Alexandrien und sein hellenischen Christentum, - NAWG 3, 1943, S. 103-180; Muckle J. T. Clement of Alexandria's Attitude toward Greek Philosophy, - Studies in Honour of G. Norwood. Tornt., 1952, p. 139-146; Osborn E. F. The Philosophy of Clement of Alexandria. Camb., 1957; Spanneut M. Le Stoïcisme des Pères de l'Église de Clément de Rome à Clément d'Alexandrie. P., 1957; Wytzes J. The Twofold Way. Platonic Influences in the Works of Clement of Alexandria, - VChr 11, 1957, p. 226-245; 14, 1960, p. 129T153; Valentin P. Heraclite et Clément d'Alexandrie, - RScRel 46, 1958, p. 27-59; Méhat A. Étude sur les Stromates de Clément d'Alexandrie. P., 1966; Lilla S. R. Clement of Alexandria. A Study in Christian Platonism and Gnosticism. Oxf., 197Ί; Apostolopoulou G. Die Dialektik bei Klemens von Alexandria. Fr./M., 1977; Clark A. E. Clement's Use of Aristotle. The Aristotelian Contribution to Clement of Alexandria's Refutation of Gnosticism. N. Y.; Tornt., 1977; DessiA. Elementi epicurei in Clémente Alessandrino, - Athenaeum 60, 1982, p. 402-435; Wyrwa D. Die christliche Piatonaneignung in den Stromateis des Clemens von Alexandrien. В.; Ν. Υ., 1983; Osborn Ε. Clement of Alexandria: A Review of Research, 1958-1982, - SecondCent 3, 1983, p. 219-240; Idem. Clément, Plotin et l'Un, -Alexandrina. Mélanges Cl. Mondésert. P., 1987, p. 173-189; Hoek A. van den. Techniques of quotation in Clement of Alexandria: A view of Ancient Literary Methods, - VChr 50, 1996, p. 223-243; Edwards M. J. Clement of Alexandria and his Doctrine of Logos, - Ibid. 54, 2000, p. 159-177; Choufrine A. Gnosis, Theophany, Theosis: Studies in Clement of Alexandria's Appropriation of his Background. N. Y, 2002; Светлов Р. В. Античный платонизм и александрийская экзегетика. СПб., 1991; Афонасин Е. В. Философия Климента Александрийского. Новосибирск, 1997; Он же. «Гносеология» Климента Александрийского и греческая философия, - Климент Александрийский. Строматы. Пер. Е. В. Афонасина. Т. 1. М., 2003, с. 503-542.
    А. А. СТОЛЯРОВ


Античная философия 

КОЛОТ →← КЛЕОМЕД

T: 0.129258855 M: 3 D: 3